Михалыч сидит на табуретке у верстака, пьёт чай. Сергеич копается в ящике с инструментами. Ольга заходит с ноутбуком и папкой бумаг.
Ольга: «Так, мужики. Я тут собрала за последний месяц четыре ситуации, которые нам стоили денег, нервов и времени. Давайте разберём каждую — что сделали правильно, что нет, и что делать в следующий раз. Чтобы не наступать на те же грабли дважды.»
Михалыч: «А грабли-то какие?»
Ольга: «Вот сейчас и увидим.»
Сергеич (не оборачиваясь): «Грабли всегда одни и те же, Михалыч. Просто бьют по разным местам.»
С 1 сентября 2026 года предрейсовый инструктаж становится обязательным. Это не просто «поговорить», а официальная процедура, которая должна проводиться перед каждым выездом. Мы с Цифровым-Братом разработали инструкцию, которая регламентирует, как именно его проводить. Сейчас покажу, что получилось. Сергеич, ты как, одобряешь?
📋 ПРЕДРЕЙСОВЫЙ ИНСТРУКТАЖ ДЛЯ ВОДИТЕЛЕЙ САМОСВАЛОВ: ПОЛНАЯ ИНСТРУКЦИЯ С 1 СЕНТЯБРЯ 2026
Сегодня у нас не просто планерка, а полноценный инструктаж по… инструктажу. С 1 сентября 2026 года предрейсовый инструктаж для водителей становится обязательным требованием закона. И это не «для галочки», а реальный инструмент безопасности. Сегодня мы с Цифровым-Братом и Сергеичем разберём, что должен включать предрейсовый инструктаж, как его оформлять, сколько времени на него тратить и где ставить подписи. Поехали! 🚛💨
С 1 сентября 2026 года вступает в силу Приказ Минтранса № 160 от 14.04.2026 — новые «Особенности режима рабочего времени и времени отдыха водителей». И да, 40 часов в неделю — это закон. Но для дальних рейсов есть специальный механизм, который позволяет работать по 5–6 дней без нарушения. Сегодня разложим всё по полочкам, чтобы вы не боялись отправлять цементовозы в длительные рейсы. Поехали!
Михалыч стоит у самосвала, щуп в руке, щурится на масляную полоску.
— Степаныч, тут… вроде есть. Но вроде и мало. Или мне кажется?
Степаныч подходит, смотрит, вздыхает — не сердясь, а как человек, который уже третий раз за неделю объясняет одно и то же.
— Михалыч, масло — это не «вроде». Это либо в норме, либо уже поздно. А «вроде» — это когда в ремзоне потом говорят: «А где ты раньше был?»
Ольга выходит из бытовки с планшетом.
— А антифриз я вообще не проверяю. У нас датчик есть — если мало, он пищит.
Степаныч медленно закрывает капот.
— Датчик — это хорошо. Но он пищит, когда уже почти пусто. А когда почти пусто — двигатель уже греется. А когда греется — он уже считает, сколько тысяч рублей ты ему должен.
Офис MiRomTech, утро. Ольга сидит за столом, перед ней — три заявки на перевозку. Звонит телефон. Она записывает, хмурится, записывает ещё. Михалыч заходит с улицы, в руках — термокружка с остывшим чаем.
Михалыч: «Оль, мне тут заказчик звонит — говорит, «а почему у вас дорого, вон сосед за тысячу пятьсот везёт». А чего он везёт? Песок. 20 кубов. На 40 километров. За 1500 рублей. Это он на чём везёт — на телеге?»
Ольга: «Михалыч, садись. Давай разложим, откуда берётся цена. Чтобы ты мог любому заказчику объяснить — не «потому что», а по пунктам.»
Сергеич (из-за двери, не входя): «И чтобы потом не было «а мы не знали».»
Ремзона, утро, конец сентября. На улице +8, ветер с карьера. Михалыч сидит в кабине самосвала, топорщит воротник и шмыгает носом. Сергеич стоит рядом, пьёт чай из термоса, смотрит на него молча.
Михалыч: «Сергеич, я утром уже не могу нормально ехать. Стёкла — молоко. Руки — крюки. А ещё только сентябрь!»
Сергеич: «Ну вот. Я ж говорил в августе — «поставь пока тепло». А ты: «да рано, да ещё поездим». Вот и поездили. Давай ставим.»
Карьер, конец смены. Солнце уже за отвалом, пыль висит в лучах фар. Михалыч загоняет самосвал в ремзону, глушит, вылезает и говорит Степанычу: — Слушай, он у меня гудит. Со вчера. — Как гудит? — Ну… гудит. На ходу. — На каком ходу? На разгоне? На накате? На какой скорости? Сверху, снизу, сбоку? Михалыч задумался: — Ну… гудит. И всё. Степаныч вздохнул, снял кепку и протёр лоб: — «Гудит» — это не диагноз. Это жалоба. Я не по жалобам работаю. Я по симптомам. Заводи, поехали слушать.
Кардан сел у ворот ремзоны, наклонил голову и навострил уши. Он тоже хотел послушать.
— Слушаем! — сказал Кардан. И был прав: слушать — это половина диагностики. 🐶
Степаныч стоял у самосвала и качал рулём влево-вправо. Колёса стояли на месте. Руль ходил — колёса молчали. Степаныч выключил зажигание, посмотрел на Михалыча и сказал: «Всё. Пока ты крутишь бублик, а колёса не слышат — ты не водитель. Ты — пассажир. А пассажиру в кабине самосвала делать нечего».
Михалыч почесал затылок: «Ну, стучит немного… По ямам бьёт… Но едет же». Степаныч: «Едет — пока едет. А потом — не едет. И не туда».
Эту памятку можно распечатать и повесить в ремзоне — чтобы при каждом ТО механик сразу видел, где искать перерасход. В продолжение статьи — Цена топлива и себестоимость километра: почему один водитель тратит 80 литров, а другой 120 — прочитать и освежить память
Степаныч смотрел на экран телефона, где в приложении банка появилась новая кнопка «Цифровой рубль». Почесал затылок. Потом почесал ещё раз. Потом позвал меня: «Михаил, это что — криптовалюта от государства? Или новая налоговая ловушка? Или вообще — конец налички?» Я ответил: «Степаныч, ни одно из трёх. Садись, расскажу». Сел. Рассказал. Он сказал: «Ну хоть кто-то понятно объяснил». Делаю то же самое для тебя.
🚛 «Кардан развалился на трассе. А в кабине — пусто», 💰 «600 рублей против 60 тысяч: кто кого?», 🛠 «Что делать, если кардан развалился: 4 шага, чтобы доехать до базы», 🧰 «Набор в кабине: не для красоты, а чтобы не стоять на трассе» ...
Сегодня — тема, на которой теряют деньги чаще, чем на чём бы то ни было в рулевом управлении. Люфт рулевого наконечника. Все его «меряют». Все «видят». Все «знают». А потом — наконечник отрывается на трассе, или меняют три раза подряд, а стук остаётся. И никто не понимает почему.
Сейчас разберем самое свежее разъяснение ФНС от 21 августа 2026 года. Его дал начальник управления электронного документооборота ФНС России Фёдор Новиков на вебинаре «Открытая сессия с госорганами». Звучит оно обнадеживающе, но дьявол, как всегда, в деталях. Поехали! 🚛💨
