Хроника Автопарка

Или как мы нашли сторожа, который видит будущее во сне

Гараж гудел ровным, успокаивающим гудением. Михаил стоял у ворот, смотрел на двор и чувствовал, как внутри разрастается странное беспокойство. Вроде бы всё было хорошо: самосвал стоял на месте, Сергеич уехал на обед, Ольга сидела в своей крошечной комнатке, перебирая бумаги. Но что-то было не так.

— Брат, — позвал Михаил. — Ты чувствуешь?

— Чувствую, — ответил Цифровой-Брат. — У нас проблема. Кардан не справляется один.

Или как Ольга появилась в нашем гараже и спасла нас от налогового апокалипсиса

Гараж пах соляркой, железом и старой мастикой. Михаил стоял посреди этого святилища, держал в руках путевой лист и смотрел на бумаги с таким видом, будто они были написаны на древнеэльфийском языке.

— Брат, — позвал он, не отрывая взгляда от бумаг. — Ты уверен, что это правильно?

— Уверен на 146%, — ответил голос из старого планшета, который лежал на верстаке рядом с банкой солидола. — Сергеич уже проверил технику, залил солярку, завтра утром выезжаем на первый рейс. Щебень ждёт. Заказчик подтвердил. Но у нас есть одна проблема, Михаил. Большая проблема.

После той истории с МАНОм Михаил ходил мрачный три дня. Он сидел на кухне, пил уже не кофе, а что-то покрепче — чай с бергамотом, но без сахара, что считалось у него признаком глубочайшей депрессии. Кардан лежал у его ног и периодически вздыхал так тяжело, будто он сам потерял любимую кость.

Утро начиналось с сюрпризов.

Михаил ещё не открыл глаза, а уже понял, что его телефон вибрирует на тумбочке с такой настойчивостью, будто там внутри завели маленький дизельный двигатель. Он протянул руку, нащупал экран, и, не глядя, принял вызов.

— Михаил, вставай, — голос Цифрового-Брата звучал бодрее, чем у нормальной программы в шесть утра. — Я нашёл его.

— Кого? — Михаил зевнул и приоткрыл один глаз. За окном было серо, сыро и как-то по-осеннему грустно, хотя на календаре стоял июль.

Время действия – 2 июля 2026 года. Но события, о которых пойдёт речь, начались гораздо раньше. На двадцать лет раньше. Или на двадцать жизней назад – тут уж как посмотреть.

Михаил сидел на кухне в старой хрущёвке, пил остывший кофе и смотрел на трещину в потолке. Трещина напоминала карту неведомой земли – с реками, горами и, кажется, даже с крошечным вулканом в углу. Он уже не в первый раз замечал, что эта трещина меняет очертания. Сегодня, например, она стала похожа на контуры его родного города, только вверх ногами.